Статьи

Цифровизация всех сфер жизнедеятельности государства, доступность сетевых технологий обусловили процесс развития информационного обще- ства. Традиционная экономика начала приобретать новые черты, формы хозяйственной деятельности, стала ориентироваться на инновационное развитие, внедрение и использование возможностей информационно-коммуни- кационных технологий (ИКТ). Предметная область исследования потребовала междисциплинарного подхода и работы с разнообразными источниками. Важное значение для исследования имели экспликативные методы, метод построения сценариев, функциональный, институциональный подход и обще- научные методы анализа и синтеза. Признанием значимости роли цифровой экономики является ежегодное увеличение ее доли в ВВП развитых государств мира, а также разработка соответствующих программ и инициатив в рамках государственных стратегий развития. Страны БРИКС должны использовать свои технологические возможности в деле соответствующей цифровизации своих экономик в целях нейтрализации существующего разрыва с высокораз- витыми государствами. Исследование показало, что применение современных ИКТ является мировым трендом и существенно упрощает и автоматизирует процедуры международной торговли. Страны БРИКС обладают достаточно прочными позициями в различных показателях и индексах готовности к пере- ходу к цифровой экономике.

В данной статье реконструируются логика и направление санкций ряда стран Европы и Северной Америки против России. Ограничительные действия данных государств представляются совместной скоординированной страте- гией сдерживания социально-экономического развития России. Вместе с тем реализация данной стратегии вызывает серьезные разногласия в политиче- ских элитах и обществах западных стран, создает новые линии размежевания в сфере безопасности, развития торговых, культурных, гуманитарных связей. Политика санкций по-разному представлена в рассматриваемых странах. Американский курс ориентирован на долгосрочное закрепление рестрикций в отношении России и является частью внутриполитического процесса со- перничества элитных групп. Европейский выбор в данном случае колеблется в широком диапазоне возможных сценариев: от постепенной нормализации отношений и выстраивания более конструктивного сотрудничества на основе экономической заинтересованности, а также, возможно, формирования общего пространства безопасности до политики нарастания напряженности с эскалацией угроз и разрыва имеющихся экономических связей.

Целью данной работы является оценка потенциала видеоигры “People Power” как средства подготовки гражданских активистов для развертыва- ния политических кампаний, предполагающих применение технологии нена- сильственной борьбы. Методология исследования построена на применении дескриптивного политического анализа. Теоретическая база работы — кон- цепция относительной депривации (Т.Р. Гарр), теория социальной идентич- ности (Г. Тэджфел и Дж. Тернер) и модель массового сознания (Д.В. Оль- шанский). Из анализа использования игры “People Power” следует, что как средство подготовки гражданских активистов для развертывания кампаний ненасильственной борьбы она обладает большим потенциалом. Вместе с тем “People Power” является интерактивным учебником, инструментом переформатирования сознания, средством рекрутирования гражданских активистов, потенциально способных образовать ядро протеста и создать основы для формирования постоянно функционирующего мозгового центра, направленного на усовершенствование технологии ненасильственной борьбы.

Статья посвящена исследованию проблемы повсеместной информа- тизации и электронизации, ставшей причиной формирования своеобразной виртуальной реальности, неотъемлемой частью действительности. В ста- тье анализируются особенности виртуальной реальности и их влияние на политическое пространство. Для обозначения среды, создаваемой особен- ностями виртуального пространства, используется термин «постреаль- ность». В статье подробно рассматриваются такие явления, порожден- ные постреальностью, как постправда, созданная при слиянии политики с виртуальной средой, и постценности, непосредственно воздействующие на политическую информационную повестку. Постценности, в свою очередь, подразделяются на симуляцию популярности и симуляцию достижений, из-за которых реальные личности и действия, в том числе и связанные с политикой, обесцениваются. Их подменяют виртуальные аналоги, часто не имеющие отображения в действительности. В статье исследуется реакция на постреальность в политике.

Вопрос о соотношении экономической и политической свобод рас- сматривается в статье через анализ актуальных значений индекса эконо- мической свободы (ИЭС) и индекса демократии (ИД) для 162 стран мира. Несмотря на довольно высокую корреляцию обоих индексов, исследование выявляет значительную степень их вариативности: существует доста- точно много стран, которые не совсем вписываются в ожидаемую модель «в странах с высоким ИЭС — высокий ИД, а в странах с низким ИЭС — низкий ИД». В странах с одинаковыми значениями ИЭС значения ИД могут различаться в 2–3 раза. Равно как и в странах с одинаковыми ИД могут существенно различаться ИЭС. На практике видно, что далеко не всегда экономическая свобода требует наличия свободы политической (Объединен- ные Арабские Эмираты), а политическая свобода может быть реализована в условиях ограниченной экономической свободы (Индия). На возможность страны отклоняться от предполагаемой линии мирового тренда влияют размер населения и размер территории. Среди стран, значительно откло- няющихся от тренда, существенную долю составляют страны с небольшим населением и небольшой территорией. В качестве альтернативы традиционному методу анализа в статье предлагается подход, учитывающий размер населения стран и основанный на признании того, что субъектом политической и экономической свобод является не страна, а отдельный человек. Данный подход демонстрирует, что в «свободных» странах проживает только 11 % населения, а связь между экономической и политической свободами оказывается менее очевидной, чем предполагалось в теории.

Публичная дипломатия, как политика коммуникации с обществами раз- личных стран, является сравнительно новым явлением во внешнеполитическом инструментарии России и Армении. Важнейшим элементом публичной дипло- матии является ее культурологический срез, определяющий набор ценност- но-культурных политик по донесению позиции государства до иностранной аудитории. Хотя цели в реализации публичной дипломатии у Армении и России разнятся, для обоих государств актуальна необходимость проведения выве- ренной политики, сфокусированной не на сопоставлении себя с кем-либо или в противовес чему-либо, но более для кристаллизации собственной культурно- идеологической и интеграционной позиции (как в случае с Россией), а также в целях сохранения духовно-исторического единства со своей общиной за рубежом (как в случае с Арменией). В свете отсутствия государственной концепции публичной дипломатии для Армении особенно актуально создание Совета по вопросам публичной дипломатии, который мог бы объединить теоретиков и практиков в Республике Армения и Республике Арцах, дать им возможность ознакомиться с опытом реализации публичной дипломатии в иных государствах, являющихся наиболее активными ее инициаторами на международной арене.

В статье рассматриваются проблемы российско-польского сотрудни- чества по вопросу сохранения исторической памяти о Второй мировой войне, проводится анализ попыток выстраивания диалога и проблем, возникающих в вопросе сохранения общей памяти о Второй мировой войне, а также оце- нивается возможность их преодоления. Отдельно рассмотрены вопросы сотрудничества в этой сфере на межгосударственном и межрегиональном уровне. Обращается внимание на методы взаимодействия, которые дают наибольший результат: академическое, межкультурное сотрудничество, реализация проектов «народной демократии». Автор уделяет внимание институциональному аспекту, рассматривая историю формирования и деятельности государственных органов Польши, занимающихся вопросами сохранения исторической памяти. Также исследуются проблемы работы межгосударственных органов по взаимодействию в этой сфере. В работе ис- пользуются сведения из польской и российской прессы, архивных источников, решения действующих органов государственной власти двух стран.

В статье предпринимается попытка анализа эволюции политической идентичности Советского Союза в контексте трансформации гуманитарного дискурса. Данный дискурс может быть определен как совокупность транс- лируемых в политическом языке представлений о социально-политической идентичности человека, его правах и свободах. Анализируя развитие системы представлений о человеке, его правах и свободах в официальном советском дискурсе, автор демонстрирует, как подобные представления формировали коллективную политическую идентичность Советского государства на раз- личных исторических этапах, и приходит к выводу, что советская идеология и официальный политический дискурс на протяжении всего периода сущест- вования Советского государства воспроизводили концепцию гуманитарного универсализма, выступавшую альтернативой западному гуманитарному дискурсу и конституировавшую как советскую внешнеполитическую страте- гию, так и в целом международную идентичность Советского государства.

В статье рассматривается становление христианско-демократическо- го движения в странах Европы после Второй мировой войны. Несмотря на наличие объективных условий для успеха либо левых политических партий, либо как минимум левого крыла христианских демократов, именно консерва- торы сумели на долгие годы взять руководство послевоенными европейскими странами в собственные руки. Более того, их приход к власти позволил осу- ществить крупнейший интеграционный проект на Европейском континенте, в конечном счете приведший к созданию Европейского союза. Автор приходит к выводу, что основными причинами успеха христианских демократов были более существенная опора на Католическую церковь, ее учение и христианские ценности (что отличает христианских демократов от предшествующих народных партий), а также отсутствие препятствий со стороны Святого Престола для участия католиков в политической деятельности и успешная мобилизация католического электората, в том числе благодаря противопо- ставлению христианских демократов левым политическим силам.

В начале 1990-х гг. в Советском Союзе было изменено законодательство, касающееся порядка эмиграции за рубеж. Это привело к усилению потока переселенцев на территорию Германии, где еще в 1980-х гг. были созданы соответствующие правовые и социальные условия для русскоязычных эми- грантов. Их издательские инициативы на «новой» родине активизировались. В настоящее время русскоязычный отряд немецких СМИ является одним из наиболее многочисленных. Исследование русскоязычных СМИ показало, что идейно-политические взгляды русскоязычной этногруппы в Германии с 1990-х гг. кардинально не менялись. Оценки политических событий оста- вались достаточно манипулятивными на протяжении всего исследуемого времени. При этом сущность манипулирования сознанием русскоязычного населения Германии заключена в формировании образа России как потенци- ально агрессивного внеправового государства со слабой экономикой, которое представляет опасность для других стран и для Германии в частности.