Статьи

«Антироссийский поворот» в политике памяти стран ближнего зарубежья получил развитие после распада СССР и приобрел комплексный характер в условиях растущей конфронтации России и стран Запада. Практика декоммунизации в Латвии, Литве и Эстонии представляет особый интерес: начавшись раньше других, она обрела форму «экспорта» русофобии на рубежах России и в мире. Цель статьи — рассмотреть проявления русофобии как элемента декоммунизации в странах Прибалтики. В исследовании охарактеризованы концептуальные основы политики памяти в плане интерпретации советского прошлого, а также закрепление русофобских идей на законодательном и практико-политическом уровнях, технологии использования русофобии в процессе формирования общественного сознания и преломления в нем причин начала специальной военной операции. Обозначено, что в постсоветской Прибалтике в политике памяти используется концепция «оккупации» Советским Союзом в тесной связи с задачей построения этнократической государственности. В коллективном восприятии закрепился феномен исторической травмы, а распределение ролей «агрессора» и «жертвы» имеет этническое измерение. Образ «тоталитарной коммунистической России» и опыт борьбы стран Прибалтики по недопущению «русской угрозы» транслируется на постсоветское пространство и поддерживается коллективным Западом. Обусловленная декоммунизацией проблема проявлений русофобии в Латвии, Литве и Эстонии напрямую затрагивает вопрос национальной безопасности России.

Исследование посвящено внешнему влиянию на состояние сферы межна-
циональных и религиозных отношений как одному из основных инструментов
стран Запада для дестабилизации России после начала специальной военной
операции. Рассмотрены теоретические обоснования данных инструментов.
Выделены основные этапы формирования деятельности сепаратистских
проектов, основные персоналии, их деятельность и «эволюция». Описаны
используемые ими технологии разжигания межнациональной и религиозной
розни, вовлечения граждан Российской Федерации в экстремистскую и тер-
рористическую деятельность, применение ими дискурса «деколонизации»
и продвижение радикальных идей. В статье как основные инструменты ис-
пользованы контент- и дискурс-анализ, а также систематизация. В рамках
исследования было изучено 20 тыс. информационных сообщений (публикаций
в Telegram и YouTube-каналах, СМИ-иноагентов и на тематических сайтах),
опубликованных в период с февраля 2022 по октябрь 2024 г., систематизиро-
ван изученный массив данных. Сделаны выводы о целях и задачах внешнего
влияния в краткосрочной и долгосрочной перспективах. Проанализированы
основные тезисы, декларируемые лидерами сепаратистских проектов, по-
казана степень их проработки.

В настоящей статье представлены результаты исследования, отражающие региональную специфику восприятия нарративов о колониализме и деколонизации в Краснодарском крае и Республике Дагестан. Автором выявлены и представлены актуальные аспекты внутреннего отношения жителей исследуемых регионов к проблематике регионального сепаратизма, а также уровень их вовлеченности в дискурс «деколонизации России».
Автором произведена разработка и апробация методологии эмпирического анализа восприятия нарративов о колониализме, организация серии фокусгрупп с применением стимульного материала для оценки различий в степени лояльности разных сегментов медиапотребителей к данным нарративам.
Эмпирической базой исследования послужили материалы фокус-групп, проведенных во второй половине 2024 г. среди обучающихся и преподавателей высших учебных заведений в Краснодарском крае и Республике Дагестан.
Респонденты продемонстрировали хорошее знакомство с деколониальным нарративом и историей сепаратистских движений в своих регионах, однако перспективы дезинтеграционных процессов в настоящее время оценивают негативно.

В статье анализируется постколониальная теория с точки зрения рисков ее использования в качестве инструмента культуры отмены по отношению к России. Обосновываются недостатки постколониальной оптики исследования, связанные с презумпцией морального превосходства колоний по отношению к метрополии, а также с использованием западноевропейского дискурса для выстраивания альтернативной колониальной идентичности. В методологическом плане важным является различение постколониализма как научной теории и деколониализма как формы общественного активизма, но указанные недостатки приводят к тому, что фактическое различие между теорией и идеологической конструкцией может практически исчезать.
На примере ряда западноевропейских концепций раскрывается механизм переноса модели морских колониальных империй на российскую историю, что открывает простор для идеологических спекуляций. Максимальным выражением постколониального национализма на постсоветском пространстве является выстраивание цепи эквивалентности Российская империя — СССР — Российская Федерация как непрерывного «имперского угнетения» подвластных народов. В этом случае постколониализм становится инструментом формирования негативного облика настоящего и прошлого России. Для продуктивного исследования процессов колонизации и деколонизации, особенно с точки зрения сравнительной политологии, предлагается анализ концепта «империя» для выявления его существенных характеристик и культурных особенностей проявления.

Статья посвящена защите исторической правды о решающей роли Советского Союза в разгроме нацистской Германии — исторической правды, подвергающейся в современном мире новым и зачастую беспрецедентным атакам. Анализируются задачи, перспективы и потенциал актуализации комплекса фактов и свидетельств, ставших опорными для формирования и укрепления в послевоенный период системы научных представлений о причинах Второй мировой войны, роли СССР в этом конфликте, решающем вкладе СССР в победу над нацизмом. Рассматриваются проблемы, связанные с целенаправленными попытками западных государств вытеснить из образовательного и публицистического дискурса многие факты о Второй мировой войне, ее ходе и причинах. В рамках комплекса свидетельств, которым в современном мире не всегда уделяется должное внимание, рассматриваются высокие оценки героизма и подвига Красной Армии, данные лидерами стран антигитлеровской коалиции. Как необходимое условие созидания достойного, безопасного будущего для всего мира рассматривается сбережение исторической памяти о самоотверженности и единстве фронта и тыла в приближении Победы, о великой цене освобождения от нацизма Европы и всего человечества советским солдатом, советским народом.

В статье анализируются теоретические и практические аспекты влияния массовой культуры на формирование ценностных установок среди «цифровой молодежи» Российской Федерации. В структуре статьи представлены результаты опроса экспертов по различным направлениям массовой культуры из 37 субъектов Российской Федерации — от Донецкой Народной Республики до Хабаровского края. Исследование проводилось методом глубинных интервью и экспертного опроса. Результаты показали, что молодые люди более восприимчивы к воздействию продуктов массовой культуры в силу таких факторов, как социализация (в том числе в цифровой среде), длительное взаимодействие с цифровыми сервисами и т.д., что влияет на трансформацию ценностей и чем могут воспользоваться деструктивные элементы. Чем больше возраст молодого человека, тем более осмысленно он реагирует на любые происходящие события, его система ценностей уже более устойчива. Тем не менее цифровая массовая культура остается сложным и опасным инструментом в сегодняшней сложной международной обстановке. Для поддержки молодого поколения и формирования у него положительных ценностных установок необходимо создавать собственные продукты массмедиа. Поэтому в рамках исследования подготовлены критерии отбора таких медиапроектов, а также матрица, где в общем виде соотнесены возможные ценности и медиапродукты, которые позволят развивать одновременно сферу технологий, медиасферу и систему ценностей российской молодежи.

Статья, подготовленная по результатам эмпирического исследования, посвящена особенностям формирования горизонтов планирования современной российской молодежью. Рассмотрены и сопоставлены образы будущего страны в ближайшие 5 и 10 лет. Горизонты планирования у молодых россиян преимущественно размытые и включают предположения о множестве рисков и вызовов, с которыми может столкнуться страна. Себя в качестве активного действующего субъекта, участвующего в творении судьбы Родины, молодые граждане видят редко. Полученные результаты позволяют утверждать, что при прогнозировании будущего страны для молодых россиян более актуальны темы трансформации политической системы, нежели темы развития экономики, технологий и культуры. Образ будущего заметно политизирован, наблюдается значительная дифференциация молодежи относительно политических ориентаций. Эта дифференциация определяет оптимизм и пессимизм в оценках будущего страны. Результаты исследования позволяют говорить о сохранении требующих внимания проблем формирования национально-государственной идентичности в российском обществе, которые на сегодняшний момент подкрепляются и поколенческой спецификой политической социализации.

В статье показана возможность выявления за счет реверсивных режимов предъявления стимульного материала расхождений между представлениями респондентов о том, что составляет их личный успех, и тем, что они считают признаками успеха для будущей России. Представлены материалы эмпирических исследований, подтверждающих справедливость предположения о том, что повысить продуктивность выявления истинных политических пристрастий и ожиданий наших сограждан можно благодаря использованию демонстрируемых с помощью айтрекеров визуальных стимулов, работа с которыми осуществляется в реверсивном режиме. Из полученных данных также следует, что использование подобных режимов позволяет выявить даже те составляющие персональных представлений, которые, по мнению респондентов, могут противоречить наиболее социально желательным.

В статье проанализированы текстовые описания молодежной политики в российских университетах, участвующих в программе «Приоритет 2030». Выборку исследования составили 119 вузов, имеющих разный статус (федеральные, национальные исследовательские, опорные университеты и др.), а также разную ведомственную принадлежность. Для анализа моделей молодежной политики был использован компьютерный анализ текстов с использованием языка программирования Python.
В статье обосновывается тезис, что университетская молодежная политика чрезмерно дифференцирована и слабо интегрирована как внутри университетского сообщества, так и с точки зрения ее соответствия федеральным нормативным документам, регламентирующим государственную молодежную политику. Автор указывает на тот факт, что молодежная политика российских вузов не имеет единого социализирующего вектора, что в условиях эскалации геополитической напряженности может стать фактором социальной дезинтеграции и снижения уровня солидарности внутри российского общества.
Как показало проведенное исследование, в моделях молодежной политики имплицитно заложены ценности индивидуализма, личного успеха и самореализации, ориентация на «мировые» модели и образцы. Это обстоятельство может снижать эффект воспитательного воздействия на молодое поколение, способствуя формированию абсентеизма и низкой гражданской и социальной активности.

В статье представлены результаты сравнительного исследования концептуальных основ научной дипломатии стран БРИКС: Бразилии, России, Индии, Китая, Южно-Африканской Республики. Научная дипломатия представляет собой систему взаимодействий при выстраивании внешней политики государств, решении региональных и глобальных проблем, установлении международных научных связей для развития совместной деятельности мирового научного сообщества, нацеленной на приращение знаний и содействие конструктивному международному диалогу. Она рассматривается в статье в первую очередь как инструмент внешней политики указанных стран. В результате операционализации концептуальных основ, выявленных методом качественного контент-анализа, в каждом страновом случае были сформулированы инструментальные характеристики, позволившие установить, какого подхода к определению научной дипломатии придерживается государство. Эти подходы были соотнесены с историческими корнями научной дипломатии и рассмотрены в контексте современного концептуального осмысления внешней политики стран БРИКС.